Хадиль все еще находилась во дворце, а посему Чара мог найти ее без проблем и особых стараний.
- А, мой маленький друг. Улизнул от своего дядюшки Байана? - спросила Хадиль, оглаживая щенка между ушей. - У нас с тобой есть одно важное дело, а потом можешь пойти со мной и помочь мне и моему мужу в работе в нашей лавке. Что скажешь? - спросила Хадиль у звереныша. Она не могла назвать его пока ребенком полноценным, но был он чем-то ей мил. Такой дурной. Если Чара согласился отправиться с Хадиль, то она отведет его к их семейному лекарю и попросит посмотреть ребенка и сказать, что мужчина думает насчет его здоровья. Чаре же сказали быть мужественным и смелым, а также позволить себя посмотреть. Хадиль обещала, что Чара получит за это что-нибудь вкусное за проявленную отвагу.

- Я очень надеялся, что ты выспишься, но судя по всему не получилось? - коротко посмеялся волк. Он уже знал, что Байан в городе, а еще притащил за собой какого-то подростка, что был очень уж шумный и неугомонный. Интересно, Байан в детстве был таким же, как и того, кого он за собой привел?
- Невеста? Нияму? - Хаю даже на секунду глаза шире распахнул, а после негромко рассмеялся. - Боюсь, он воспримет это как наказание, а не подарок. Он так этого всего не хочет. - ухмыльнулся волк, рассматривая пейзаж из окна вместе со своим товарищем.
- Я тоже всю голову сломал о том, что ему подарить. У него все есть, и ему ничего не нужно. Обычно дети просят что-то у родителей, а ему нужно лишь твое внимание и общение с тобой. - с теплой улыбкой посмотрел волк на антропоморфа. - В этом нет твоей вины. Ниям рос в очень сложное время. А когда был маленьким, то дети задирали его, что у него нет ни мамы, ни папы. Дети порой не со зла бывают очень жестоки, поэтому он оградился от них. А сейчас он смотрит на них как на тех, кто не будет смотреть на него как на личность, а будет воспринимать лишь сыном государя. Для выгоды. Его опасения можно понять. - выдохнул Хаю.
- Да и я не могу назвать его замкнутым с нами или не общительным. С нами он теплый и открытый мальчик. Все такой же искренни любящий. Но... да. Во внешнем мире у него как-то совсем никого не наблюдается. Может ему еще нужно время да подрасти? Говорят, мужчины вырастают где-то к двадцати пяти. - улыбнулся Хаюр, поддерживая друга и положив ему свою лапу на плечо.
- Собакам Ниям всегда будет рад. Главное, чтобы Иша не загрыз. Я так понимаю, что Ниям не заводит кого-то еще себе как раз по этой причине. Боится, что Иша приревнует и загрызет. Он у него и правда такой. Очень ревнивый и делить хозяина с кем-либо, как это делал Сансара... вряд ли станет. Но идея неплохая. - заметил Хаю. Почему бы и нет? Можно взять не такую пароду, которой были Сансара да Иша. Что-то более миролюбивое к другим животным, например.
- ... - Хаю посмотрел на Дургеша удивленно и явно пытаясь понять серьезно антропоморф или нет, а после и вовсе рассмеялся. - Какой ужас. От бедного волка все никак не отстанут. Я не понимаю зачем его продолжают терроризировать. Он потерял все. А последние гроши тратит на то, что никогда не будет с ним рядом. По крайне мере женой точно. Думаю, Мэхвэш может с ним пытаться общаться и проявлять о нем заботу. Когда она вернется, ты должен будешь быть к этому готов. Хотя... кто знает, какой она вернется... - вздохнул Хаю. - Я себе даже представлять не хочу через что наша жемчужинка могла пройти. - он чуть нахмурился. Уже после волк развернулся к псу, а после взял его за плечи.
- Не сдавайся, Дургеш. У нас все получиться. Мне кажется захватить полностью город - вот что было действительно трудным, а здесь от нас требуется вера в Мэхвэш и терпение. Я уверен, мы найдем ее, а также я уверен в том, что она во чтобы то ни стало ищет путь домой. - с полной уверенностью в голосе сказал Хаю, смотря антропоморфу прямо в глаза.
Отпустив Дургеша, волк вернул внимание к окну, слушая, что антропоморф там выяснил еще.
- Мне тоже неприятна эта семья. - признался волк, после непродолжительных раздумий. - Я думал, что Басир мне не нравится, но его сын... мне не нравится еще больше. И то, как они обошлись с Самиром. Они его просто выбросили на полуголодное существование. Вообще-то повод у тебя все-таки может быть. Если Самир старший сын - это значит, по старшинству, дом и все должны отойти ему. Если конечно там нет никаких бумаг и прочих нюансов. Самир точно такой же наследник как тот, кто сейчас метит на место старого льва. - поделился своими мыслями Хаю.

- Жаль, я все же надеялся, что у меня будут братья. - улыбнулся Ниям дядюшке Айгу, приступая к своей работе. Он был очень кропотливым работником и отлично трудился. Посуду мыл быстро и качественно, не тратил при этом много моющего средства, а посуда всегда блестела и скрепила от чистоты.
- Я с утра познакомился кое с кем. Но он не представился сам. Хато представил своего двугорбого верблюда. - поделился Ниям с дядей, продолжая свою работу. - ... - Ниям задумался над тем, что ему хотелось бы, а после усмехнулся. - Чтобы отец так не тосковал по маме... и чтобы Ише было не тринадцать, а три... - негромко сообщил Ниям.
[NIC]Ниям[/NIC][STA]Мамин волчонок[/STA] [AVA]https://i.pinimg.com/564x/57/fd/94/57fd9453c6bb8f9a7a45da6ba8984db5.jpg[/AVA]
[SGN][/SGN]

Раис работал в своей лавке. Сейчас он был занят тем, что расписывал один из фарфоровых сервизов на продажу. Супруга с этим уже не могла помогать - руки ее слушались хуже для такой мелкой и детальной работы. Раис между тем тоже не очень много часов подряд мог проводить за этим занятием, по той простой причине, что его глаза уставали, и он хуже видел, словно на них пелена. Требовалось делать себе перерывы и отдыхать. Зато помощь Нияма всегда была кстати. Он отлично управлялся с росписью посуды и являлся незаменимым помощником для Раиса и Хадиль, хотя учеников в свою лавку они все же подумывали нанять, но тогда по дому будут сновать те, кто не имеет к нему никакого отношения. В общем, не простой вопрос, который еще требовалось взвесить. Так-то лавка для дохода уже и не нужна была, но... бросать все тоже не хотелось. К тому же нужно было себя чем-то занимать, чтобы не сидеть без дела.

- Почему же? - с улыбкой спросила Хадиль, посмотрев на Чару. Ей было интересно почему Чара не отправился вместе с Ниямом по его важным делам. Хадиль очень удивилась поведению Чары, отправляясь за ним и присаживаясь на корточки рядом с ним.
- Чара, почему ты не хочешь меня сопроводить в тот дом? Мы там не останемся. Мне нужно, чтобы ты побыл рядом со мной и если что защитил меня. Разве это не входит в твои мужские обязанности? - поинтересовалась женщина у мальчишки, приподняв руку и попробовав его очесать по щеке. Что с бедным ребенком вообще происходило, что он так боится чужих домов? Видимо, ни раз уже менял... да и привычка лизать руки, раздеваться на улице. Кажется, Чара был с кем-то, кто... в чем обвиняют Самира, хотя волк и носа-то толком на улицу не показывает. Иногда Хадиль спрашивала себя жив ли волк вообще. Но исправно носила к дверям его дома еду и всякого по мелочи.
- И не нужно раздеваться на улице. Да, и вообще не нужно вот так спонтанно и неожиданно раздеваться. - улыбнулась Хадиль мальчику, поднимая рубашку, отряхивая ее. Уже после она попробовала одеть ребенка обратно. Из-под кого они действительно достали Чару?! Он же и правда выглядит как ребенок, которого насиловали и обижали. Неудивительно, что Байан не знал, что с ним делать. Хотя догадался ли вообще Байан о том, что с Чарой делали? С другой стороны, это все пока были лишь догадками самой Хадиль, но ребенок явно пережил для своего юного возраста слишком много.

- Я думаю, что это связано с переживаниями о Мэхвэш. Ты смог добиться всего, чтобы ее найти. А она все не находится и не находится... у тебя была хотя бы цель, ты был занят войной, зарабатывал статус, чтобы дать ей и себе потом свободу. А если взять того же Самира - он застрял в горе утраты. И мы видим к чему это привело. Поэтому ни в коем случае нельзя поддаваться всему этому. Иначе тьма поглотит и тебя. И тогда у Мэхвэш совершенно не к кому будет возвращаться. - поделился Хаю с Дургешем.
- Думаю, что тебе стоит с ним об этом поговорить. Только напомнить, что при этом любовь к нему никуда не денется, а для родных... он как был Ниямочкой, так и останется. Ничего не поменяется в отношении к нему, если он станет старше и перешагнет в себе это. В конце концов... мы все не вечны. И как бы тяжело нам не было это признавать, однажды, ему придется управлять тем, чего ты достиг. Но зная его... он будет стараться. Он не захочет разрушать то, что ты строил с таким трудом. Но... рядом ему нужны верные друзья, помощники и соратники, иначе его могут окружить те, кто пожелают его свергнуть и занять его место. Именно поэтому действительно важно, чтобы он нашел себе друзей. - согласился волк.
- Если хочешь, я могу тоже с ним обо всем этом поговорить. - предложил Хаю Дургешу.  - Как, кстати, поживает Байан и его... маленький спутник? Я слышал, он наводит много шуму. - улыбнулся серый.
- Неплохо. Ему и правда стоит привыкать к взаимодействию с внешним миром. Чем раньше начнет, тем проще будет влиться. - кивнул антропоморф.
- Хм... хороший вариант, кстати. Заодно Ниям бы наконец познакомился бы с девушками. На самом деле люди, антропоморфы... мы не сильно отличаемся от животных. Ниям смог бы своими глазами увидеть разницу поведения между самками и самцами. Может это помогло бы ему тоже что-то понять. - поделился своими мыслями Хаюр. Раз ребенок лучше познает мир и учиться через собак, то почему бы и эту разницу не показать ему наглядно на тех же собаках? Особенно, когда мужики текут от этих самых женщин, как мог потечь тот же Иша от маленькой суки.
- Забавно, он ведь был весьма перспективным. Мой отец ставил на него и считал, что Самир добьется многого. Когда он ушел работать грузчиком, в шоке был не только Басир, но и мой родитель. А еще он категорически не понимал, почему Самир живет так, как живет. Сейчас он этого тоже не понимает. Мой отец не любил никогда моих братьев. Но дал им лучшее образование, обеспечил их и много занимался с ними. Как отец он был для них хорошим. То, что они решили его предать - это уже другой вопрос. Но несмотря на свою нелюбовь к ним, отец выкладывался для них на максимум. Басир для Самира... мне кажется ровным счетом не сделал ничего кроме как вырвал все зубы и посадил на цепь. Он сломал ему жизнь. Неудивительно, что он так легко сдался и поддался тьме. А ведь родители Мэхвэш очень старались его поддержать и помочь ему, но... видимо, у всех есть свой предел. С другой стороны, побывать в его шкуре я бы не хотел. Это ужасно. - покачал головой волк. Вслушавшись в  интонацию Дургеша, а также его внутреннее напряжение, Хаю на секунду прижал уши. состроив Дургешу глазки. Он иногда так делал, даже не осознанно.
- Я имею в виду, что Мэхвэш может очень огорчить то, что стало с Самиром и его домом. Просто вспомни во что она превратила его дом - это был настоящий дом. В нем было множество красивых цветущих растений, она вложила в него душу. И как здорово она помогла Самиру оправиться. Когда он вновь появился в здравии и силе, многие посчитали, что волк сделает очень большой рывок к власти. Но он не стал. Ему стал интересен дом и семья. И вот она возвращается.. рядом с ней любящая семья, любимый муж, взрослый сын. А тот, кого она считала другом, а затем бросила, предав, едва сводит концы с концами. И его репутация... она с этим не захочет мириться. Это все равно, что если бы я попал в беду. Она бы тоже мне помогала. Единственное, конечно, она со мной не спала и не родила от меня ребенка, но зная Мэх, она к нему не вернется женой. Тем более, что никогда не любила его как мужа. Ей будет жаль его чисто по человечески, и помогать она ему постарается из этих побуждений. А не из тех, чтобы вернуться к нему, чтобы все исправить. Я не сомневаюсь в Мэхвэш, и она выберет тебя. И верна будет только тебе. То, что так у вас случилось... так случилось. Она была его женой и чтобы вы оба выжили, а затем трое, ей приходилось во всем этом учавствовать. Но я уверен, что если бы у нее было право выбирать - она бы выбрала тебя. Ты ведь знаешь, что она в этот дом пошла только из-за тебя и хотела стать служанкой, чтобы иметь возможность потом стать женой тебе, а не для Самира? И бесила она того же Бажранги специально, чтобы змей наговаривал на нее всякое и она ни в коем случае не стала бы любимицей Самира? Но... если бы так и правда случилось, то у вас бы не было Нияма. И не известно, позволили бы вам вообще быть вместе, не говоря уже о том, как вела бы себя в ваш адрес его другая жена. Но Мэхвэш всегда хотела быть именно с тобой. И не думаю, что это желание поменялось. А за Самиром ей всегда хотелось ухаживать как за другом или братом. Но не более. Поэтому волноваться тебе не о чем. С другой стороны... ее может загрызть чувство вины, и она не решиться помогать Самиру сама, а будет это делать как-то еще. Вернее пытаться. Слишком много вариантов... но подобное может быть и я просто хотел тебя об этом предупредить, чтобы потом для тебя не стало это потрясением. Все-таки это Мэхвэш. И мы знаем насколько она сострадательна к тем, кто когда-то затронул струны ее души. Но сейчас главное нам найти ее. - сообщил волк. - Кстати, я думаю сам отправлюсь по этому следу. Если вдруг будет время и не сложно, навести пару раз моего отца в отсутствие? Он конечно с надежными слугами и охраной, а также лекарями, но общением с кем-то другим ему не повредит. - попросил Хаю у Дургеша. - Но это если будет время и тебе будет не сложно. - да, навязывать своего родителя он никому не собирался.
- Вот как? Значит, с этой стороны не подобраться... узнать бы, что у них там вообще в семье твориться. Может юный господин издевается над слугами? Или хотя бы одним слугой. Это могло бы дать повод... Но мне совсем не нравится их семья. Какая-то гнилая. Такое не хочется иметь в своем городе. - поделился своими мыслями Хаю. Что же делать?...

Ниям задумался над словами Айгу.
- Кажется нет. - виновато посмеялся Ниям, закончив с одной горкой посуды и приступая к другой.  - Бажранги? Конечно помню. Бабушка его всегда очень хвалила и хотела, чтобы он остался у них. Она говорила, что он до мозга и костей преданный и никогда не подводит тех, на кого работает, а дому Басира так и вообще принадлежал и если бы с Самиром что-то случилось, отправился в него. - удивился Ниям. - Ты прав. Видимо, с ним жестоко обращаются. Если отец узнает, что такой преданный человек как Бажранги сбежал, это даст ему повод прижать семью Басира. Но боюсь, что если его найдут раньше, то Бажранги рискует погибнуть. - поделился своими мыслями Ниям. Нияму нравился Бажранги и то с какой кропотливостью он все делал и выполнял. Для него не было "невозможно", он в лепешку расшибался, но делал так, как хозяева хотели. Такой слуга был на вес золота, а тут он сбегает... Значит и правда все совсем плохо.
- Если мы найдем его и пообещаем предоставить защиту, он мог бы развязать руки отцу, если поделится тем, что творится в семье Басира. Просто без причины отец не может выступить против семьи Басира и потребовать ответа, но я знаю, что отец очень их не любит. Он даже к Самиру более лоялен, чем именно к этой семье. - поделился с любимым дядюшкой Ниям.
[NIC]Ниям[/NIC][STA]Мамин волчонок[/STA] [AVA]https://i.pinimg.com/564x/57/fd/94/57fd9453c6bb8f9a7a45da6ba8984db5.jpg[/AVA]
[SGN][/SGN]

- Тише, душа моя. Ну, чего ты расшумелся? - улыбнулась Хадиль, подходя к ребенку и стараясь погасить его шквал эмоций и негодования. - Взрослые часто тебя раньше обижали, не так ли? - мягко поинтересовалась Хадиль у детеныша, стараясь его огладить по голове и вообще привести в чувство равновесия и спокойствия. Все-таки не хотелось, чтобы Чара впадал в истерику или панику. Хотелось, чтобы он все-таки был более упорядоченный и стабильный.
- Дом не опасный, но я только за твоей компании. - улыбнулась Хадиль. - Просто женщинам же не очень положено ходить без мужчин. А ты как раз взрослый и красивый мужчина, что сопровождает меня и показывает всем остальным, что я занята и что на меня даже засматриваться нельзя. - улыбнулась черноокая.
- У нас безопасно в городе. Здесь не от кого защищаться. - спокойно сообщила Хадиль мальчику. не бойся, Чара. Ты в безопасности, тетушка Хадиль позаботиться о тебе.
- Не надо. А то еще подумают, что я старая извращенка, что соблазняет молодых мальчишек. - коротко посмеялась Хадиль.
Хадиль выпрямилась, а после сцапала Чару за руку, утягивая щенка за собой.
- Можно сказать и так. До определенного возраста, пока я не познакомилась с Раисом, я путешествовала с караваном своей семьи и близких родственников по пустыни. Нам приходилось переживать разное. Так что в битве я бывала. - улыбнулась женщина. - Знаешь, когда живешь в пустыне, ты начинаешь жить совсем по другим правилам и законам, нежели в городе. Город безопасен. Пусть и не всегда, но в основном ты в нем не должен выживать. В пустыне же все иначе. - поделилась Хадиль, постучавшись в ворота, ожидая, когда их впустят.

- У Самира тоже это все было, но он отказался от друзей, Хадиль, Раиса. Он отстранился ото всех. Хотя никто его не прогонял и не отталкивал. В сущности, он сам виноват, конечно, в своем положении, но и не сам... тяжелая эта ситуация, увы. - согласился Хаю со своим черным другом.
- Договорились. - кивнул Хаю. Поговорят с Ниямом как и запланировал Дургеш, чтобы парень не остался совсем один и ему было на кого опереться. Без поддержки очень тяжело, каким бы сильным и независимым ты не был.
- Тут слишком спорно. Заводить детей, чтобы просто завести... не знаю. И спешить с этим не стоит, но и затягивать тоже. Я вот все тоже никак семью не заведу. Но ничего, может однажды получится. В конце концов, мы еще не так стары, Дургеш. - улыбнулся Хаю.
- Что значит Байан склоняет перед тобой голову? - удивился искренни Хаю. - Байан с тобой на равных. Ты не унижаешь его и не принижаешь его заслуг и достоинства. Напротив, даже помог ему стать лучше. К тому же он с тобой пока ему это выгодно и он этого хочет. Но между тем он верен тебе. Странные они у него. - покачал головой волк.
- Байан и не дурак между тем. Думаю, если ты мог положиться на него и продолжаешь полагаться, он чувствует тоже самое. А значит, со всем справимся. Но когда семья идет против тебя... - он покачал головой. - Это тяжело. Особенно когда приходится проливать кровь собственных же братьев. - Хаю прошел через это. Это было ужасным. - С другой стороны, они хотя бы не бьют ему в спину и открыто говорят чем недовольны. Это уже чуть проще. Может он еще сможет их вразумить и объяснить, что между вами другие отношения, а не служение. - предположил антро. Ему в это хотелось верить.
- Чару еще можно исправить. Главное, чтобы был тот, кто занялся бы. - сообщил спокойно Хаю.
- Какие у тебя планы на сегодня? - поинтересовался Хаю у Дургеша. Видимо, тоже подумывал составить компанию антропоморфу. Он сегодня ночью уезжал, почему бы перед отбытием не побыть с другом?

Ниям ловко перемыл еще одну стопку посуды, переключаясь на последнюю. Когда и с ней было покончено, Ниям принялся вытирать посуду специальным полотенцем, расставляя по местам.
- То и значит. Для начала я расскажу отцу о том, что Бажранги сбежал. Я думаю, что его это тоже очень удивит. Спрошу его о том, что мы можем сделать для того, чтобы защитить гобийца по закону, дабы не проявлять какой-то беспредел и не нарушать свои же правила. А затем... затем попробуем его найти, чтобы помочь. - поделился своими мыслями с Айгу Ниям. - Если кто-то нуждается в помощи, мы должны ее оказывать. Этому учила меня бабушка, дедушка, ты с тетей и отец. Всю жизнь вы меня этому учили. А этот человек... он друг и бабушка его очень хвалила. Да и он не виноват, что у него такая судьба. Если он сбежал, значит ему нужна помощь. И мы должны ее ему оказать. - поделился своими мыслями Ниям с Айгу. - По крайне мере попытаться. - Ниям и правда в этом вопросе был очень легок на подъем! Кому-то помочь, кого-то защитить - он в первых рядах.
- Это всегда успеется, дядюшка. Не бойся. Все будет хорошо! - улыбнулся юноша, закончив вытирать посуду и убирая свое рабочее место после. Затем уже он подошел к Айгу и поднял его на руки, крепко обняв. Уже после антропоморфа аккуратно опустили обратно на пол. - Я пошел! Увидимся еще обязательно. Если здесь появится парень с двугорбым верблюдом Гоби, угости его чем-нибудь вкусным, пожалуйста! - махнув рукой дядюшке, Ниям покинул чайхану, переходя на улицах на бег вместе с Ишей.
Довольно скоро они оказались во дворце, а Ниям отправился прямиком к отцу. Тот еще общался с Хаю, заодно с ним поздоровается! Пройдя к залу, в котором общались антропоморфы, Ниям аккуратно постучался, а затем вошел, здороваясь с Хаю и даже обнимаясь с ним.
- Отец, мне дядюшка Айгу сообщил о том, что Бажранги сбежал из дома Басира. Стража ищет его вместе с рядом слуг. - переводя дыхание и успокаиваясь сообщил Ниям родителю важное по своему мнению известие.
[NIC]Ниям[/NIC][STA]Мамин волчонок[/STA] [AVA]https://i.pinimg.com/564x/3d/88/1a/3d881a0dd6db2859c978e89abad5d999.jpg[/AVA]
[SGN][/SGN]

Отредактировано Рейн Риг (Среда, 3 февраля, 2021г. 22:09:37)

  - Потому что если все будут нарушать правила, плохо также будет всем. Правила созданы не потому, что они скучные, они необходимы для выживания. Даже в природе все живут по особенным правилам. Ты замечал это? - спросила Хадиль у мальчика.
- Еще какая! - усмехнулась Хадиль, а Чару потискали за его щечки. С ней ребенок все-таки вел себя получше, пусть порой и капризничал, но в целом он все-таки мог подчиняться без насилия и принуждения.
- Конечно. Быстро пообщаемся, поиграем немного, а после отведу тебя обратно во дворец. Ты его уже весь изучил? - спросила Хадиль у мальчика, когда они стояли и ждали, пока им откроют. Поздоровавшись на входе, Хадиль уточнила дома ли лекарь, не выпуская при этом лапку Чары из своей. Оказавшись на территории дома лекаря, Хадиль прошла вместе с щенком туда, куда им сказали. А также поведала, что им на осмотр.
- Ты пробовал когда-нибудь мороженное? - спросила Хадиль у детеныша, пока они ожидали. - Если проявишь себя сейчас храбрым и смелым, то я угощу тебя вкусным мороженным. - вот так. Нужно стимулировать ребенка и показывать, что во всем его поддерживаешь.

- Но ведь Байан сам вступил на этот путь и никто не мешает его братьям вступить на него же. Почему они не видят, что власть и статус, а тем более свободу, можно получить живя в гармонии с порядком? Порядок это ведь не плохо. - приподнял косматую бровь Хаю.
- Нет. Он ведь ребенок. Из любого ребенка можно вылепить то, что тебе нужно. Главное, задать нужный авторитет, стимулировать и показывать направление, в котором двигаться. Я уверен, что ему можно еще помочь. Просто нужен постоянный взрослый, что будет им заниматься. - поделился своим мнением Хаю.
- Буду рад. - чуть улыбнулся волк, задумавшись над словами Дурегша, проводив его взглядом, а после начиная ходить вместе с ним, чтобы иметь возможность его слышать.
- Пока все идет хорошо. Если мы укрепим свои позиции, то наше государство может еще долгое время быть. Особенно, если наши порядки будут правильными, гармоничными. Если народ будет жить хорошо, постепенно мы можем даже разрастись. К нам захотят присоединяться, просто зная, что люди и антропоморфы здесь защищены. Но надуться и завистники, противники. Так всегда... или ты о другом будущем? - поинтересовался волк, посмотрев на своего друга. Правда, их разговор был немного прерван, так как в зал вбежал немного запыхавшийся Ниям. За ним гнались?... А, Бажранги? Сбежал?
- Подожди, Дургеш. Если Бажранги сбежал от плохого обращения с собой, не это ли повод, которого мы ищем и ждем? - спросил в свою очередь Хаюр.
- Если хозяин издевается над слугой или рабом, калечит его и обращается дурно, разве мы не можем вмешаться? - поинтересовался волк у Дургегаша.
- Это ведь Бажранги. Ты и сам говорил, что он преданный до мозга и костей. Значит, в доме Басира что-то из ряда вон твориться, если он сбежал. - сообщил Ниям, глядя в глаза отца. - Разве мы не должны защищать тех, кто нуждается в помощи? - в лоб спросил юноша. - Прости, отец. Но ведь это то, чему ты меня учил! Защищать всех: слабых, детей, женщин, стариков. Ты знал Бажранги многие годы. И точно должен знать, что вряд ли он сбежал бы просто так. - Ниям был сейчас так горяч, так порывист! Но при этом не хотел проблем отцу. Поэтому сначала пришел к нему, предупредить и искать поддержки, а потом уже что-то предпринимать самому.
- Я попробую его найти. А там будет видно. Нужно сделать это раньше людей Басира. - сообщил юнец, разворачиваясь и убегая из дворца родителя, не забыв позвать за собой и своего верного пса.
- Он все еще не выбрал своего бога покровителя, но говорит совсем как тот,кто служит Индре. - усмехнулся Хаю. - Думаю, нам лучше поспешить за ним, чтобы он не попал в беду? - спросил у Дургеша серый.

Ниям и правда покинул дворец, думая о том, где искать Бажранги. если он слуга, то его могли с утра отправить на рынок... обычно же так поступают, верно? Может быть его кто-то видел там? Молодой человек перешел на шаг, переводя дыхание, а также стараясь успокоиться и прийти в себя. Нужно немного остыть и прийти в чувства. Чуть нахмурившись, Ниям двинулся в сторону рынка, сосредотачиваясь на поисках гобийца. Время, конечно, могло его изменить, но юноша помнил общую внешность мужчины, что так нравился в детстве. Очень хотелось ему помочь и найти.
Ниям не сразу нашел гобийца, а пару раз даже прошел мимо него, чисто случайно приметив мужчину, бросив взгляд на странный силуэт, что промелькнул при собственном движении в боковом зрении. Бажранги! Вид у мужчины был из ряда вон плохим, а еще каким-то потерянным. Словно гобиец стоял здесь и совсем не хотел идти обратно в тот дом, из которого его послали за покупками.
Ниям аккуратно и соторожно подошел к гобийцу, причем так, чтобы не спугнуть его или не спровоцировать, при этом он осмотрелся, чтобы рядом не было стражи или еще кого.
- Бажранги. Вы меня помните? Я Ниям. - обратился к гобийцу полукровка. Бажранги выглядел как жертва домашнего насилия и бесконечных издевательств и вообще из ряда вон плохо! А ведь он всегда был таким аккуратным и следящим за собой!
[NIC]Ниям[/NIC][STA]Мамин волчонок[/STA] [AVA]https://i.pinimg.com/564x/3d/88/1a/3d881a0dd6db2859c978e89abad5d999.jpg[/AVA]
[SGN][/SGN]

- Это Чара. Его привез с собой друг семьи. - улыбнулась Хадиль, после того как поздоровалась с лекарем, а заодно посмотрела на ребенка. - Славный ребенок, что на своей шкуре в столь юном возрасте перенес очень многое. - это она добавила уже чуть тише и когда Чара полностью переключился на кота, желая того достать из-под дивана. Подсев поближе к лекарю, Хадиль шепнула ему о своих опасениях, а также о том, что у мальчика проблемы с душой и его нужно как-то осмотреть и назначить какие-нибудь травы, чтобы ему было полегче и попроще, а воспитанием они займутся уже чуть позже и сами. Пока нужно было проверить здоровье ребенка и помочь ему. Начать с чего-то малого.
- Все в порядке. Спасибо. Вашими стараниями и нашей волей к жизни. - улыбнулась пожилая женщина. Она хорошо относилась к этому мужчине и доверяла ему.

- Скорее всего... хотелось бы верить, что все обойдется. И для Байана это не сильный удар. Он не пытался делиться этим? Может ему нужна все-таки помощь? - спросил Хаюр у Дургеша. Тому проще было общаться с Байаном, чем Хаю. Пес порой лез с дракой и выяснением кто сильнее. Хаю проигрывал Байану. Дело было не только в том, что у Хаю было слабее здоровье пса, но и в стилях жизни, ведения боя. В хитрости и сноровке, Хаюр мог победить Байана, но вот в силе - нет. Да и Хаю всегда стремился показать Баю, что он сильнее. Хаю не претендовал на роль сильнейшего из них. Ему было очень комфортно в тени. Не показывать себя и свои деяния. Быть за спиной и надежно ее прикрывать.
- А... ты об этом. - улыбнулся Хаю, коротко посмеявшись. - Что ж, как только мы вернем Мэхвэш, я обязательно обзаведусь семьей. Я дал себе такое обещание, Дургеш. Как только мой друг обретет вновь свою возлюбленную, значит и мне придет время находить ее. - с улыбкой сообщил самец. Он считал это честным и правильным.
- Да, отец, я согласен с тобой и понимаю, что все это может выглядеть неправильным и уж тем более несправедливым по отношению ко всем остальным. Но одно дело наказание за дело или провинность, хотя на мой взгляд проще отчитать слугу или показать на дверь, чем применять к ним силу, а совсем другое побег Бажранги. Что должно было произойти, чтобы этот верный слуга вдруг сбежал?! - Ниям даже глаза чуть шире распахнул.
- ...он так же молод и горяч, как и ты. - улыбнулся Хаюр Дургешу, кивая. - Пойдем. Не стоит его сейчас бросать одного. Слишком опасно. Будь другая ситуация, может быть и можно было бы остаться сторонними наблюдателями. - да, не угрожай жизни Нияма или репутации семьи ситуация, можно было бы посмотреть как Ниям справиться с ситуацией, но сейчас не стоит. За Нияма говорили его эмоции. А это не всегда хоррошо, пусть и не всегда плохо. К тому же Хаю тоже было интересно, что могло с подвигнуть верного пса Бажранги сбежать от хозяина. Самцы довольно быстро выдвинулись в нужном направлении, а затем сели верхом, отправляясь вслед за отпрыском Дургеша, пока тот дров не наломал. Ниям был умным мальчиком и в него верили, но все же он был еще слишком юн, чтобы с головой так рьяно нырять в этот омут.

- Нет-нет, Бажранги. Не нужно уходить. Подождите. - Ниям выдерживал расстояние между собой и слугой дома Басира, чтобы не пугать еще больше. Он даже глазам своим поверить не мог, что перед ним Бажранги! Змей был настолько затравлен и подавлен, даже уничтожен как личность, что его можно было сравнить разве что с собакой, с которой жестоко обращаются! Если бы Ниям не был уверен, он бы никогда в своей жизни не узнал Бажранги. Он был изуродован, что физически, что морально! Что с бедным слугой вообще вытворяли за высоким забором? Не говоря уже о том, что его взгляд вообще был каким-то отсутствующим, словно змей не совсем понимал, где он и что он.
- Я Ниям. Мальчик, что преследовал вас бесконечно в доме Хадиль и Раиса. Помните? Вы меня еще учили ухаживать за Лилой и Шушан, а также регулярно носили для Самира продукты от Хадиль и Раиса? - постарался напомнить о себе Ниям и заодно объяснить кто он такой. - Вам не нужно меня бояться. Я ваш друг. Я защищу вас и помогу вам. Я не дам вас в обиду. Просто пойдемте со мной. И я обещаю, что больше никто не посмеет тронуть вас пальцем. - где тот колючий едкий взгляд мужчины?! Где его стержень?! Что с ним вообще случилось?! Отец учил не давать пустых обещаний, но глядя на Бажранги, Ниям думал о матери. А вдруг с ней сотворили тоже самое?! Да и сам отец... неужели и он когда-то был таким?! На такое нельзя закрывать глаза! Это ужасно.
[NIC]Ниям[/NIC][STA]Мамин волчонок[/STA] [AVA]https://i.pinimg.com/564x/3d/88/1a/3d881a0dd6db2859c978e89abad5d999.jpg[/AVA]
[SGN][/SGN]

- Да, сразу видно, что за котом отличный уход. - улыбнулась Хадиль ребенку, внимательно наблюдая за тем, как мальчик возится с котом. Вдруг чего ему в голову взбредет или случайно навредит зверюшке? Но вроде бы пока все было хорошо.
- А мы уже делаем, Чара. Я пришла к этому мужчине поговорить. Заодно показать какой ты у меня красивый и хороший. - улыбнулась Хадиль ребенку, приметив, что кажется хватку на коте опустили и мучить не собираются как и делать неприятно. - Покажешь лекарю место своего ранения? Ну, которое тебе зашивали? - спросила Хадиль у ребенка. Продемонстрируешь свои боевые травмы и расскажешь о них, м-м-м?
- Думаю, что он может остаться с нами пока не станет совершеннолетним. - у него не было родных и близких, Чара был одиноким существом. Его таскали за собой как дырявый мешок, что жалко выкинуть. Но Хадиль и правда могла бы заняться мальчишкой. Почему нет? Поить травами, направлять на правильный путь, да отдать в военную казарму на обучение. Там сможет свою энергию выплеснуть, будет учиться дисциплине и наукам.

Хаю лишь вздохнул на слова Дургеша о Байане, но с другой стороны, тот держался молодцом и был в порядке. Интересно, где сейчас эта рыжая бестия? Уже после Хаю хотел было что-то добавить насчет отношений, но затем просто рассмеялся, потерев морду рукой.
- Да брось. Это будет отличная новость. Нам будет над чем еще многие годы смеяться. - усмехнулся волк. И правда... это будет очень забавно. Хаю и правда был подле друга, наблюдая за картиной и всматриваясь в Бажранги.
- Это точно Бажранги? Он... боится Нияма и шарахается от него, словно тот может его ударить? - удивился серый. А где колкий взгляд черных глаз и шипение? Где выправка и стать этого мужчины?

К сожалению для Нияма Бажранги его совсем не слышал... или слышал, но не хотел слышать. В общем-то... контакта у них совсем не состоялось. Может быть будь у них чуть больше времени, то Ниям смог бы достучаться до слуги чужого дома, но... тут еще и солдаты подъехали обступая их. Черт... Ниям даже зубы сжал. Он ничего не мог сделать и это ужасно его огорчало. Бажранги выглядел и чувствовал себя хуже побитой и затравленной собаки. Что нужно было делать с человеком, чтобы сломать его настолько? Тем более, что Бажранги всегда отличался невероятным послушанием и покорностью. Он никогда никому слова поперек не вставлял. Исполнительный и требовательный в работе к окружающим. Казалось, этого человека невозможно пронять и пробить, а сейчас... сейчас перед ним был абсолютно беспомощный мужчина в годах, который даже не мог попросить о помощи, потому что его волю настолько сломали и его личность настолько уничтожили. Приметив торговца, Ниям украдкой поинтересовался сколько времени Бажранги находился здесь, в таком вот положении, а после развернулся к подъехавшим всадником, заметно хмурясь и глядя на них несколько исподлобья.
- Все слуги в доме господина Басира в таком плачевном состоянии и теряются в пространстве и во времени? Или только этот заслуживает столь особенного внимания своего господина? - поинтересовался Ниям. Он с трудом сдерживал рвущуюся наружу агрессию, но при этом понимал, что если что отойдет. И это злило еще сильнее. - Ему нужна помощь лекаря. - заметил Ниям, чуть обернувшись через плечо на Бажранги, а после вернул внимание к людям из дома Басира. Он совсем не знал, что ему делать дальше, но... понимал, что если что ему придется просто отойти в сторону и позволить забрать Бажранги. А еще он представлял на этом месте маму. Если она была в таком же состояние и положении, как Бажранги, то отец не сможет ее забрать, согласно своим же законам. Не важно, что она была его женой, никого этот факт волновать не будет, если мама сейчас чья-то рабыня, то она точно такая же вещь как и Бажранги и за нее даже нельзя заступиться, ибо она собственность другого! А еще она точно также может никого из них не узнать. И бояться...
[NIC]Ниям[/NIC][STA]Мамин волчонок[/STA] [AVA]https://i.pinimg.com/564x/3d/88/1a/3d881a0dd6db2859c978e89abad5d999.jpg[/AVA]
[SGN][/SGN]

Отредактировано Рейн Риг (Четверг, 4 февраля, 2021г. 09:17:52)

- Ну, повоевать ты всегда успеешь, душа моя. На себя время находить тоже нужно. - улыбнулась Хадиль, выдыхая. Хадиль подозревала, что Чара не только ребенок войны, но еще и был под каким-то педофилом. А может быть и несколькими вовсе. Щенок выглядел из ряда вон ужасно, а повадки... и поведение... свидетельствовали о том, что ребенка неоднократно травмировали и подвергали бог знает чему.
- Его спас отряд Байана. Откуда точно не знаю, и в каких условиях он находился тоже, но... окружающие считают Чару невоспитанным мальчиком, которого следует воспитывать физическими методами. Я считаю иначе. Он вполне себе отлично слушается, если ему донести, что ты от него хочешь. Я думаю, что этому ребенку не просто можно помочь, а нужно. Из него может вырасти толковый парень. - поделилась своими мыслями Хадиль, наблюдая за Чарой и тем, что он делает.

- ... - Хаю пожал плечами. - Но... - он прислушался одним своим ухом. Конечно, плохо было слышно, но в силу умений и навыков, что развивали Хаюру, а также отсутствию слуху на одно ухо, он порой мог слышать намного лучше, особенно если концентрировался на чем-то. Правда, голова потом начинала немного болеть, но это мелочи и последствия травмы.
- Кажется это и правда Бажранги. - чуть кивнул волк. - Но выглядит он конечно из ряда вон плохо... - волк чуть нахмурился.
На ухмылку одного из солдат, Ниям опасно прищурился, а в его глазах сверкнуло что-то очень недоброе.
- Вы находите забавным издевательства над людьми в возрасте? - поинтересовался Ниям, едва заметно наклонив голову на бок. Сотри со своего лица эту усмешку, мерзавец! Иначе Ниям сотрет ее лично, перерезав тебе глотку! Его интонация была ледяной, зловещей. Но между тем он продолжал себя сдерживать.
- Должно быть он посещает господина Басира, а не его слуг. - все таким же ледяным тоном заметил Ниям. Ниям сверкнул глазами, однако, не стал вмешиваться в то, что Бажранги отправился к этим людям. Ему ужасно не хотелось, чтобы гобиец уходил. Ему требовалась помощь! Ниям это видел и чувствовал! Но он должен был держать себя в руках. Что толку раб ты или у власти? На тебе точно такой же ошейник, не позволяющий что-либо делать.
- Он не сбегал. - медленно произнес Ниям, сдерживаясь от того, чтобы не назвать солдат тупыми. - Даже этот продавец говорит о том, что он потерялся и не мог найти путь назад к дому вашего господина. Он и сейчас потерян и с трудом вас узнал. Я очень рекомендую вам обратить на это внимание, когда вы будете докладывать своему господину о произошедшем. Если с Бажранги что-то случиться, помните о том, что за рабов и их состояние отвечает ваш хозяин, будет разбирательство и то, что Бажранги потерялся и не мог найти путь назад, обязательно вспомнят. - почти "прорычал" Ниям с трудом сдерживаясь от того, чтобы действительно не рычать и быть максимально вежливым. - Доброго вам дня, господа. - он даже чуть поклонился им, а после проводил взглядом, недобрым взглядом. Переключив свое внимание, Ниям прижался спиной к стене, сжимая руки в кулаках. Это бессилие... БЕСИЛО ЕГО!!! Что толку от этой дурацкой чертовой власти, если ты не можешь защищать тех, кто НУЖДАЕТСЯ В ЭТОМ?! С трудом взяв себя в руки, Ниям решительно отошел от стены, а после выцепил взглядом в толпе отца и Хаюра. В его глазах горела обида и немой вопрос почему те не вмешались, но между тем и понимание, а также разочарование прежде всего в самом себе и тому, чему его учили. Он такой же раб как и Бажранги... Его жизнь на ровне вместе с ним... а еще он ничего не мог сделать, чтобы ему помочь.
Тяжело вздохнув, Ниям все же отправился к родителю и дяде.
- Он ужасно выглядит и совсем меня не узнал. У него даже мизинец отсутствует. Он выглядит затравленно, как собака, которую только бьют. Он действительно меня боялся. А знаете, что самое противное... что мама может оказаться ровно в таком же положении, и мы ничего не сможем сделать, ибо она будет собственностью и вещью другого. - Ниям вновь сжал руки в кулаках. Он говорил это с трудом сдерживая слезы обиды. Но он держал это в себе. А еще он совсем не смотрел сейчас ни на отца, ни на Хаю.
Хаю спешился со своего жеребца, положив руку на плечо молодого человека.
- Успокойся, Ниям. Сейчас за тебя говорят эмоции. Твой отец во всем разберется. Не так просто изменить общество за какие-то десять лет, когда веками оно привыкло к рабам и соответственному обращению с ними. Порой мир кажется ужасно несправедливым, но это совсем не так. У всего есть причины. Может быть Кришна все-таки оберегает Бажранги и помог ему дожить до этого возраста и может быть ваша встреча с ним сегодня тоже не была случайно, а может быть этого всего лишь удача. Но сейчас нужно действовать осторожно. Мы ведь не хотим смерти Бажранги, верно? Или еще больших травм. Здесь нельзя торопиться и нужно все взвесить и обдумать. Дай нам с папой и дядей Байаном время и мы обязательно что-нибудь придумаем, ладно? - мягко улыбнулся серобокий, стараясь утешить это недоразумение. Но надо отдать щенку Дургешу должное - он отлично справился! Не хамил, не угрожал и говорил только по существу. Молодец. Он повел себя по взрослому, по мнению Хаю.
- ... но есть ли это самое время у Бажранги? - спросил Ниям, наконец поднимая свои глаза на Хаю, а после на отца. В них была надежда и мольба.
- Одним богам это известно, но это не значит, что мы останемся в стороне. Просто подожди немного. И не огорчайся раньше времени. - постарался приободрить волк.
- ... - Ниям кисло что-то пробормотал, а после чуть кивнул. - Да, хорошо. Спасибо. - он учтиво поклонился отцу и Хаю. - Я возьму себя в руки и доверюсь вам. - уже чуть уверенней сообщил юноша, посмотрев с теплотой на родителя и на дядю.
- Я пойду к дядюшке Айгу. Я не все там домыл. Простите, что не составлю вам компанию в обходе. - вновь поклонился Ниям. Сейчас он хотел быть на кухне у любимого дядюшки за мытьем посуды. Его это успокаивало...
Простившись с Дургешем и Хаю, юноша и правда отправился к Айгу, тенью прошмыгнув на кухню и приступая к мытью посуды. Он был огорчен. Но верил в отца. Тот обязательно что-нибудь придумает...
Хаю проводил Нияма взглядом, выдохнув.
- Он так огорчился... никогда бы не подумал, что он так привязан к этому змею. - сообщил волк, а после достал свой блокнот и подошел к торговцу, подробно записывая с его слов во сколько Бажранги пришел, что купил и что делал дальше. Также Хаю добавил, что если вдруг торговцу будут угрожать и что-то говорить, он должен сказать, что под протекцией Хаю. Уже после Хаю вернулся к Дургешу, забираясь на свою лошадь и убирая блокнот за пазуху, отправляясь вместе с Дургешем на обход.
- Стоило выдаться свободному вечерку, как твой ребенок нашел себе повод расстроиться. - коротко посмеялся Хаю.
[NIC]Ниям[/NIC][STA]Мамин волчонок[/STA] [AVA]https://i.pinimg.com/564x/3d/88/1a/3d881a0dd6db2859c978e89abad5d999.jpg[/AVA]
[SGN][/SGN]

Отредактировано Рейн Риг (Четверг, 4 февраля, 2021г. 15:22:22)

- Ты скучаешь, мой драгоценный мужчина? - обратилась Хадиль к Чаре, чуть улыбнувшись. Видимо, энергии в нем и правда очень много, но надо отдать должное. С ней детеныш вел себя намного приличней, чем за тем же столом. Когда Чара получал хоть толику внимания он явно чувствовал себя лучше и лучше реагировал на просьбы. 
- Подойди пожалуйста ко мне. Сядь рядом. - если Чара послушается, но Хадиль его приобнимет и привалит к себе, начав перебирать его лапки и оглаживать их, ощупывать аккуратно косточки. - Ничего не болит, когда я так делаю? - поинтересовалась женщина, наблюдая за реакцией мальчика.
- А покажи мне свои зубы. Вот как будто скалишься и можешь состроить какую-нибудь ужасно страшную морду. - попросила также Хадиль. Может быть сам мужчина не не будет смотреть ребенка, ибо Хадиль понятия не имела как тот отреагирует на это, но сама попробовала его осмотреть хотя бы так. Пока с ним еще требовалось установить привязанность и доверительные отношения.

Ниям вкусился в свой язык. Он действительно себя прикусил за него, а также прикрыл глаза, стараясь дышать медленно и спокойно. Так... сейчас главное держать себя в руках и не наделать дел. Спокойно. Когда удастся восстановить справедливость, пусть и не сразу, пусть и не завтра, этот солдат ответит за все свои слова. За каждое слово, что сказал. За каждую ухмылку, что скользнула у него по лицу. Он на собственной шкуре познает все то, через что прошел Бажранги. А может быть и страшнее. Желать кому-то зла было неправильным, но Ниям и не желал его. Он желал лишь того, что молодой человек заслужил. По карме, заслугам и всему прочему. Очень было бы неплохо, чтобы он хотя бы на день оказался в шкуре гобийца и понял как это, чтобы больше не думал подобные вещи произносить.

- Конечно, отец. Хорошо. - чуть поклонился Ниям. Конечно, в чем-то его поведение могло быть со стороны чрезмерно демонстративным, но он действительно очень уважал и ценил отца, а посему тело само как-то кланялось ему, хотя этого никто и не требовал. Нияму нравилось выражать свое хорошее отношение к родителю и соблюдать этикет. Они могли и без него общаться, а Ниям мог спокойно напасть на родителя и дурачиться с ним. Но это было там, дома, один-на-один, а когда они были на улице или с кем-то, Ниям всегда вел себя так. Он не претворялся. Просто у него сильно разделялось поведение на то, как нужно себя вести в одном случае, а как в другом.
- ...?! - Ниям распахнул глаза шире и устремил удивленный взгляд на родителя. Он гордиться им?... Но почему?... Потому что вел себя сдержано? Он не стал что-то говорить, а лишь поклонился вновь, принимая похвалу в свой адрес. Его тронули слова Дургеша до глубины души. Отец не хвалил просто так. Он хвалил всегда за дело. Ниям не чувствовал себя ущемленным или плохим, нет. Но он знал, что отец просто так не говорит таких слов. А значит он действительно им гордиться и Ниям сделал все правильно!
- Не думаю, что это мягкость. Это скорее жажда справедливости. Он горит ею. Когда-то этим горела и Мэхвэш. Не замечал? - усмехнулся волк. Именно Мэхвэш вытащила Дургеша из положения раба, назначив своим слугой, вернее выбрав. Она занималась с ним и помогла ему открыться. Любовь любовью, но еще и ее бесконечно желание сделать мир лучше, движили ей. Она считала неправильным, что молодого антро держат где-то там, во дворе. Она верила, что у него есть мозги и их можно развить. И она не ошиблась.
- Ну, неудачи его пока не преследуют. Думаю, в неудачах Самира во многом виноват его отец. Он своей нелюбовью сам обрек сына на подобное. - по крайне мере так думал Хаю.

Ниям поделился с Айгу тем насколько плохо выглядел Бажранги и во что его превратили. Ниям себе даже и представить не мог, что нужно делать с человеком, чтобы его так сломать. По его мнению это было чудовищно и ужасно. Но в целом юноша все же постепенно успокаивался и приходил в себя. Он знал, что если отец давал слово, то всегда старается его исполнить. На незнакомца Ниям лишь усмехнулся. Ну, и ладно. С чего Ниям вообще решил, что этот тип захочет с ним общаться.
- С чем я могу тебе еще помочь, дядюшка? - спросил Ниям, ловко подныривая под антропоморфа, беря его на руки. Ему нравилось таскать дядю, как тот когда-то таскал его.
[NIC]Ниям[/NIC][STA]Мамин волчонок[/STA] [AVA]https://i.pinimg.com/564x/3d/88/1a/3d881a0dd6db2859c978e89abad5d999.jpg[/AVA]
[SGN][/SGN]

- Давай, дружок. Иди ко мне. Я тебя не обижу. - улыбнулась Хадиль, похлопав по месту рядом с собой. - Ты такой милый и сладкий. Тебе говорили, что ты симпатичный? - задабривает это недоразумение, чтобы не боялось и чувствовало себя в безопасности. - Кстати, хочешь остаться у нас на подольше в гостях? Не уезжать сразу с Байаном и остальными, а побыть в нашем доме, познакомиться получше с Ниямом, Дургешем? - поинтересовалась Хадиль у ребенка, предлагая оставаться с ними.
- О, мне бы тоже хотелось, чтобы у меня ничего не болело. Должно быть это здорово. - улыбнулась Хадиль. - А можешь вытянуть лапки свои вот так вперед, закрыть глаза и коснуться своего чудного носика? - спросила женщина у Чары, легонько приобняв его и поцеловав в макушку. Кажется, когда с ребенком больше тактильного контакта, он лучше слушается и чувствует, понимает, что от него хотят.

- Я думаю о том, что вам всем придется потратить некоторое время, чтобы научиться жить вместе. Ниям скорее всего вспомнит маму, да и он хороший ребенок. Не будет ревновать и как-то себя непочтительно с ней вести. Но мы не знаем какой она вернется... через что прошла и как будет себя чувствовать. Слишком много вопросов, на которые мы пока не знаем ответов. Но думаю, что ваша любовь вам поможет, как и поддержка семьи. Я верю, что все получится. Просто на это потребуется время. Разрушить человеческую жизнь, как мы видим и знаем, очень легко, а помочь ей восстановиться - очень не просто. По началу же и ты был потерян, хотя я не слышал, чтобы Самир со слугами плохо обращался, но между тем... на самом деле даже.. по-своему романтично. Сначала она помогала оправиться тебе и восстать, а теперь скорее всего будешь помогать ей учиться жить заново уже ты. - улыбнулся Хаю с теплотой посмотрев на друга.
На вопрос о Самире и Басире, Хаю лишь плечом повел.
- Сложно сказать... но если он гнилой, а вряд ли он не гнилой, другой бы пошел разбираться с братом, тащить его в дом и учувствовать в его жизни, поисках пропавшей жены и племянника... то Басир может жалеть о том, что выбрал не того сына. Самир, как я слышал, был предан ему до мозга и костей и прощал все. По крайне мере мне кажется где-то в глубине души он точно об этом жалеет. Вернее должен... но как там на самом деле - даже не знаю. Да и никто не знает, возможно даже сам Басир. - хмыкнул серый.

Ниям же позволил дяде уронить себя на спину, но на самом деле юноша скорее аккуратно лег, позволяя доминировать над собой, пусть и отбиваясь. Ему нравилось так возиться иногда с отцом, пусть их общение и было немного другим, а также с дядюшкой Айгу. С дядюшкой Байаном так вообще можно было спокойно валяться по полу и бороться.
- Аи... все, дядя, все! Я сдаюсь! Сдаюсь! Я буду хорошо себя вести, вы победили меня! Простите своего непослушного племянника... он не хотел! - рассмеялся Ниям, прося поща-а-а-ады.
[NIC]Ниям[/NIC][STA]Мамин волчонок[/STA] [AVA]https://i.pinimg.com/564x/3d/88/1a/3d881a0dd6db2859c978e89abad5d999.jpg[/AVA]
[SGN][/SGN]

- Почему ты решил, что не нравишься Нияму? - улыбнувшись, спросила Хадиль. - Ты ведь знаешь, что у "нравится" много значений? Есть нравится как просто люди или антропоморфы, есть нравится как друг и верный товарищ, а есть нравится как к любимый человек. И это все разные чувства, пусть и можно их описать одним чувством. - улыбнулась Хадиль. - Ты приглянулся Нияму. Он находит тебя интересным. - сообщила пожилая женщина.
- О, я вообще не могу. Даже с нескольких раз попасть себе в нос. Ты большой молодец, что так можешь. - улыбнулась Хадиль мальчику, посмотрев на лекаря. Что-то может быть еще он хотел бы посмотреть? Хадиль немного терялась, что мужчине еще может быть интересным посмотреть у Чары.
Чуть поморщившись, Хадиль коротко посмеялась на завывания Чары, а после немного напала на него начав играться с щенком.
- Ну, все-все. Все и так поняли, что ты отлично поешь. - коротко посмеялась женщина.

- А, простите... мы... немного увлеклись. - коротко посмеялся Ниям, принимая помощь от дяди, но скорее символично, чем она ему действительно требовалась. Оправив свои одежды, да волосы, Ниям поклонился коту, спросив как его здоровье и самочувствие, а также удивился, принимая подарок и поблагодарив за тот.
- Спасибо большое. - улыбнулся Ниям, отправляя угощение сразу в рот. Он вообще любил всякие такие сладости. Они ему почему-то нравились, хотя сам Ниям не мог понять почему. Он контролировал себя, но порой тоже баловал. Мэхвэш тоже сладкое любила именно налетами, как и ее ребенок.
- У них сегодня по планам объезд города. - улыбнулся Ниям, достав угощение изо рта прежде чем это сообщить. - Хотят посмотреть его общее состояние. Вы, кстати, слышали что-нибудь о доме Басира? - решил поинтересоваться Ниям у кота. Может он что-то слышал, что ему бы помогло? И отцу?... Нет, наверное, он слишком торопит события...
- Не думаю, что его продадут. Скорее будут дразнить им, как собаку костью с мясом, чтобы сделать побольнее. Поиграть на чувствах. - предположил Ниям. - С другой стороны... они о чувствах-то могут не знать. В конце концов, я просто увидел тяжелобольного мужчину, который выглядел потерянным и затравленным, а после высказал свое мнение и пожелание господину дома, к которому он принадлежит. - пожал плечами Ниям. Он не знал, как поступит дядя по линии отца по крови в таком случае, но... продать Бажранги? Вряд ли... на нем живого места не было, кажется. Издеваясь над ним, явно получают удовольствие. От такого не избавляются.
- Пойду, я, наверное, домой. Может посплю наконец. Сегодня ночью ко мне сон так и не пришел. - чуть улыбнулся Ниям дядюшке, обнявшись с ним, а после поклонился и антропоморфному коту, покидая их вместе с Ишей.

Ниям был в растрепанных чувствах и в дурном настроении. Но ему уже стало чуть легче и спокойней. Он верил в отца. Верил его словам, но на душе все равно не становилось спокойней... говорят, можно обратиться к богу. Но к какому? Ниям не знал какой бог ему больше по душе, а самое главное, какому богу по душе Ниям. Вопрос религий давался ему сложно.
" - К какому богу обратиться за Бажранги? К Кришне, к которому он относится? И что попросить? Чтобы берег своего послушника?... Помог бы помочь ему?" - выдохнув, Ниям потер шею, прикрывая глаза и не выпуская леденец изо рта. Сменив траекторию своего пути, молодой человек и правда отправился в храм Кришны. Он взял несколько благовоний и поставил перед статуей, поджигая аккуратно о те, что имелись уже в храме. Он не обращался к служителям, не обращался и к богу, а просто поджег благовония и после поднял взгляд на изображение местного божества. Ну, что ж...
" - Я прошу Вас о защите и помощи вашему верному послушнику Бажранги. Я совсем не знаю, как принято обращаться к богам... но ему сейчас очень нужна помощь. Он незаслуженно страдает. Со своей стороны... я ничего не могу сделать, кроме того, как попросить у вас и надеется и верить на отца. У него больше никого и ничего не осталось. " - конечно по мнению Нияма вышло совсем глупо, но он учтиво поклонился в пол, опустившись перед алтарем на колени, а после поднялся и отправился также молча прочь, как и появился. У Нияма не было своего бога, зато у Бажранги был свой. Может он все-таки за ним присматривает и бережет? И может быть дядя Хаю прав и это... не просто встреча была? Хотелось верить...

Вернувшись домой, Ниям сходил и принял душ, заодно переодеваясь. Он решил сходить на... на рынок рабов. Посмотреть собственными глазами на то, как это все происходит и что там происходит. Как люди выглядят... он предполагал, что там все очень плохо... но хотел увидеть это своими глазами. Прочувствовать это все. Ему было мерзко на душе, но он хотел понять, что движет людьми. Нужно было что-то придумать, чтобы его не узнали. Он не хотел бы, чтобы о нем говорили как о том, кто ходит по рынку рабов. С другой стороны.... если выкупить всех этих людей и антропоморфом и подарить им новую жизнь... но вспомнив Бажранги и его запуганный затравленный и сломанный взгляд... Нет, отец прав. Это все слишком не просто...
Но Ниям и правда решил отправиться туда. Увидеть все собственными глазами. Он выбрал самую простую и скромную одежду, которая у него имелась: светлые штаны, светлая рубаха, поверх которой шел черный "пиджак". На пиджаке имелись глубокий карманы, но деньги, которые решил взять с собой Ниям, он спрятал к себе под одежды, в мешочке на шнурке. Волосы свои он распустил очаровательными черными локонами, а стрелки глаз подчеркнул сильнее. Ого образ в таком виде преображался. Так сразу становилось непонятным кто перед тобой - девушка, которую природа обделила грудью или женственный наложник какого-нибудь господина. Полупрозрачный белый платок он собирался одеть ближе к рынку и каравану. При этом поверх всего этого Ниям накинул плащ, что полностью закрывал его с глубоким капюшоном. Конечно, так-то в теории можно было догадаться кто это, но и в то же время нет. Особенно если нацепить заранее платок. Можно подумать, что какая-то девушка куда-то спешит. А собака? А что собака? Таких собак по городу много. А девушку одну отпускать нельзя. Заодно Ниям взял с собой еще и веер, чтобы дополнительно прятать за ним моську и обмахиваться им при ходьбе.
Все проверив и убедившись, что ничего не забыл, Ниям улизнул из дворца вместе со своим белым самцом, отправляясь в место для себя совершенно новое и незнакомое.

Место оказалось очень оживленным и напрягающим. Плащ Ниям с себя снял ближе к нужному месту, а сам повесил его себе на руку, неспешным шагом прогуливаясь и осматриваясь. У него даже сердце начало биться сильнее и участилось дыхание, но он старался держать себя максимально в руках и не поддаваться нарастающим эмоциям. Честно говоря, их было так много, что он даже осознать толком их не мог. Они вихрем ворвались в его сознание и не давали толком понять, что именно он сейчас чувствует и ощущает. Это ведь все люди, антропоморфы... у них могли быть где-то семьи, возлюбленные, дети... а они все оказались здесь. Вряд ли по своей доброй воле. Как хорошо, что у него с собой был веер, иначе бы он точно упал в обморок от перегрева из-за внутренних чувств.
Он толком даже не смог сконцентрироваться и осознать то, что видит перед собой и как к этому относится. Нет, одно он понимал точно - относился он к этому очень плохо.
Нияму потребовалось время, чтобы окончательно взять себя в руки и ходить между всем этим кошмаром уже более менее спокойней, а также даже разглядывая тех и этих людей. Здесь продавали людей разных возрастов, национальностей, расы... 
- ... - Ниям остановился и пристально смотрел на одну женщину. Он глазам своим поверить не мог, поэтому просто стоял немного в стороне и таращился на ту, что напоминала по описанию... маму. Нет. Быть не может! Мама не может быть здесь... она ведь где-то там... и очень далеко... а эта женщина... она наверное просто очень похожа. Да, так и есть. Взяв себя в руки, Ниям все же подошел к тому, кто продавал именно тех рабов, среди которых была рабыня.
- Как имя этой женщины и что она умеет? - поинтересовался Ниям. Ее глаза напоминали ему глаза Бажранги, только в них отсутствовал страх... и душа. Словно перед ним просто стоял сосуд. Ниям даже и не знал, что страшнее...
Мужчина несколько секунд смотрел на Нияма, стараясь осознать, что вообще перед ним такое стоит, но довольно быстро нашелся, представив женщину Азраной. Она была родом из пустыни. Точно место неизвестно, как и возраст. Но она была довольно крепкой и хорошо сложенной, а еще многое умела. Главное, задачу конкретную ставить. Молчалива, покорна и исполнительна. Отличная прислуга для дома, если конечно же есть деньги.
Ниям очень внимательно рассматривал женщину перед собой и чем больше рассматривал, тем внутри него поднималось большее волнение. Какие-то образы, звуки... и кудри. Черные вьющиеся кудри. Именно их он приметил из-под платка. То ли ей их не поправили, то ли что... но эти локоны... они до боли были знакомыми. Нет. Взять себя в руки. Он ошибается. Так просто не бывает. Отец, Хаю, Самир, Байан - они столько лет потратили на ее поиски, а тут он приходит на рынок рабов и находит ее?! Чушь! Так не бывает... и все же.
- Я беру ее. - сообщил молодой человек, протягивая за Азрану даже немного больше, чем мужчина назвал сумму. Работорговец отстегнул девушку от общей цепи, принес для Нияма какие-то документы, в которые вписал все необходимое.
- Азрана! - обратился к женщине торговец. - Это твой новый господин. - Ниям попросил не представлять его и сказал, что представится сам позже. - Теперь ты идешь с ним и принадлежишь ему. - что ж... кажется на этом и все?... Ниям был в замешательстве, но пока отступил на пару шагов назад. Азрана же не поднимала на него глаз. Она смотрела за ногами. Даже на собаку внимание не обратила. Она была бледна и худа. В ее глазах угас свет и какая-либо даже малейшая искорка на надежду или жизнь.
- Господин... - чуть поклонилась черноокая, так и не поднял на своего очередного хозяина глаза. Очередной хозяин. Ей было это не интересно.
А вот Ниям едва устоял на ногах. Ее голос... он ворвался в сознание вызывая там такой ураган эмоций, что сам Ниям думал, что упадет от него замертво. Этот голос! Это же его мама! Это действительно его мама! Он... помнил ее голос. Из далекого детства и когда еще сидел у нее в животе. Правда, сейчас он был абсолютно безразличным и холодным. Безжизненным. И очень уставшим, даже с легкой хрипотцой. Взяв себя в руки, Ниям накинул на "Азрану" свой плащ и капюшон.
- Пойдемте. Нас очень ждут. - выдавил из себя юноша, беря женщину за руку и утягивая ее из этого ужасного места за собой. Если для Нияма жест был простым, то Азрана в очередной раз подумала, что будет обслуживать кого-то собственным телом... от этого было очень противно.
Ниям толком и не запомнил, как миновал все улицы, он вел маму за собой переулками, чтобы их как можно меньше видело людей. Он шел не ко дворцу, а к дому своей бабушки и дедушки. В прочем, идущей немного позади Мэхвэш с холодными руками, было все равно куда ее ведут. Может быть чуть позже ей и будет до этого дело, но не сейчас.
Оказавшись во дворе своего дедушки, Ниям запер ворота, а после шумно выдохнул, стоя лицом к ним. Азрана стояла во дворе почти по середине, молча, укрытая плащом и капюшоном. Нияму требовалось мужество и силы, чтобы понять, что делать дальше. Ее нужно... спрятать? От отца?... Нет. Что за глупости... но... что ему делать?
В этот момент из дома во двор вышел Раис, с удивлением глядя на плащ, что скрывал кого-то и напрочь растерянного внука, что до сих пор подпирал руками ворота, словно за ними кто-то гнался.
- Ниям, ты украл себе невесту? - удивился Раис, коротко посмеявшись, а после подошел к девушке, приподнимая капюшон и снимая тот с ее головы, правда, когда капюшон спал, обомлел и Раис.

Сложно сказать сколько прошло времени, когда оба выпали из ступора. Может быть минут десять, а может быть и час. Мэхвэш все это время стояла молча и все смотрела куда-то себе в ноги. Ниям за это время хотя бы развернулся к воротам спиной и сел на землю, опираясь спиной на них, молча смотря в спину женщине и на опешившего деда. Мэхвэш молчала, она предпочитала вообще не открывать рот и быть неподвижной фигурой со смиренно опущенным взглядом. Она очень устала. Можно она немного полежит или поспит?...
- ...Мэхвэш. Ты ли это? - раздался до боли знакомый голос, а девушка распахнула шире глаза, уставившись перед собой. - Дочь моя... ты ли это? - голос резал не только душу, но и плоть, а потом на глаза опустилась тьма и звуки перестали быть различимы.

8 апреля 2996 года, пятница.
гончарная мастерская-дом Раиса и Хадиль. 17-30 вечера.

Мэхвэш спала в своей комнате, в своей постели, у себя дома. Она была в чистой одежде, в чистом нижнем белье и вымыта. Сон ее был очень крепким, да и никто не хотел ее будить. Может быть это было и неправильным, но Раис с Ниямом... справились с задачей как надо. Оба сидели на кухне, на первом этаже и молчали. Ниям грел руки о чашку с чаем. Он был уже с собранными в хвост волосами, стер лишнюю косметику с себя, а платок и подавно спрятал. Иша мирно сопел под столом. Из головы не выходили узоры на теле матери. Они были везде... в прямом смысле этого слова, разве что... не совсем везде и кое-где их все-таки не было. Раис прибывал в не меньшем потрясении. Оба пока молчали и обдумывали ситуацию. Нужно было во что бы то ни стало дождаться Хадиль. И не привлекать внимание.
[NIC]Ниям[/NIC][STA]Мамин волчонок[/STA] [AVA]https://i.pinimg.com/564x/3d/88/1a/3d881a0dd6db2859c978e89abad5d999.jpg[/AVA]
[SGN][/SGN]

Хадиль приняла во внимание слова лекаря о том, что необходимо приобрести и делать хотя бы на этом этапе. Там может быть получится получше рассмотреть ребенка и разобраться с тем, что делать. Потратив некоторое время на уговоры, Хадиль постаралась, чтобы палец Чаре все-таки вправили. Зато потом Чару ожидало мороженное и другой ряд вкусностей, а его назвали большим молодцом, отправляясь вместе с ребенком обратно во дворец. Ему явно нужно было найти занятие, только вот какое? Зато Чару угостили не только мороженым, но и персиками. А Хадиль решила, что нужно будет составить расписание для мальчика и выбрать занятия. Оставив мальчишку во дворце, играть в мяч в саду под присмотром слуг, Хадиль наконец отправилась к супругу. В конце концов, она даже не подозревала, что там случилось.
Когда Ниям пришел немного в себя, то Ише лаять не давали, одернув самца и приказав успокоиться. Мэхвэш про себя подумала, что кажется, ее ожидает что-то новенькое. Собак на нее еще не травили. Хоть какое-то разнообразие. Правда, собаку кажется все-таки уняли.

Хадиль удивилась закрытым воротам, но Ниям оказывается их даже не запер, а просто закрыл, поэтому женщина без труда оказалась во дворе, а после зашла и в дом.
- Вы чего с такими лицами сидите? Что-то случилось? - поинтересовалась Хадиль. Нияму предстояло рассказать не только о том, что Ифэй, мать Самира умерла, но и о том, что... он выкупил маму. Слова как-то совсем не шли.
- Там птица твоего отца. Он кажется тебя ищет. - прищурилась Хадиль. Ниям все также молчал, но смущало больше другое - молчал и Раис. Мужчина молча поднялся со своего места, а после притянул супругу за руку, усаживая.
- Ниям... нашел Мэхвэш. И выкупил ее. Она сейчас отдыхает в своей комнате. - сообщил Раис Хадиль.
- ...????? - Хадиль вопросительно уставилась на Раиса. - Наша дочь... вернулась? - аккуратно и шепотом, словно боясь спугнуть этот момент, спросила черннокая.
- ... - Раис лишь кивнув в ответ.
- ...наша доченька... она наконец дома... - как завороженная произнесла Хадиль, выдыхая. Неужели это не сон? Даже не верилось. Просто не верилось в то, что они взяли и нашли Мэхвэш. Вернее Ниям.
- А еще бабушка Ифэй умерла, оказывается. Где-то пол года назад. Старший сын Басира и его жена диктуют в доме свои порядки. - сообщил Ниям, который находился одновременно здесь и не здесь.
- Это ужасные известия... интересно, Самир знает? Может он поэтому совсем не появляется?... - очередное горе и рана на душе у волка! - Мэхвэш... как она? - спросила Хадиль, посмотрев на Раиса, а потом Нияма.
- Она... ее тело покрыто шрамированием, а глаза совершенно пустые... а еще она потеряла сознание, когда узнала дедушку. - поделился Ниям, выдохнув и потерев лицо. Что ему делать? Сообщать ли отцу? Ведь он... ведь он так ее искал! Но кажется маме нужно время оправиться... но раз они с Дургешем друг друга любят... не их ли любовь должна излечить ее раны?... Не его ли забота?... Ниям несколько резко и порывисто встал со своего места, отправляясь на улицу, к птице. Он снял с ее лапки футляр с посланием и прочитал его, сжав тот в пальцах. А после зашел в дом и написал отцу короткую записку: "я жду тебя в доме бабушки и дедушки. Ты нужен здесь. Срочно." Убрав записку в футляр, юноша отправил птицу, смотря ей в след, а после вернулся на кухню, сев обратно за стол и грея руки о чашку с чаем. Черти что...
- Ты отправил Дургешу письмо, чтобы он пришел? - спросила Хадиль. Она даже боялась посмотреть на свою девочку. Раис описал ее... совсем плохой. Но она была дома, а значит они ей помогут оправиться... Ниям же просто кивнул на вопрос бабушки, подтверждая, что он все же отправил письмо отцу. Он столько лет ее искал! Он заслужил узнать, что его любовь здесь, она жива и теперь дома. Пусть она и не в порядке... но это же поправимо, не так ли?

Когда Дургеш прибыл во двор, то ворота были немного приоткрытыми, поэтому он без труда смог оказаться на территории дома. Пройдя в дом, он мог увидеть всех в довольно смешенных чувствах на кухне. Ниям молча поднялся и ничего не объясняя повел отца за собой. Он подошли к комнате Мэхвэш, а после Ниям тихо приоткрыл дверь, демонстрируя бледную спящую женщину в кровати. Ее волосы были до середины спины, а она, кажется, спала очень крепким сном. Вообще, глядя на то, что открывалось перед глазами... даже и поверить нельзя было, что это правда. Возможно, именно поэтому Ниям, Раис и Хадиль были в такой прострации. Неужели это действительно Мэхвэш и она наконец дома?! Боги милостивые! Вы наконец вернули ее домой!
[NIC]Ниям[/NIC][STA]Мамин волчонок[/STA] [AVA]https://i.pinimg.com/564x/3d/88/1a/3d881a0dd6db2859c978e89abad5d999.jpg[/AVA]
[SGN][/SGN]

Когда Ниям закончил разбираться с матерью, то он полез под стол к Ише с кусочками разного мяса, начав извиняться перед старым товарищем и вообще говорить о том, что не хотел обижать самца. Просто это кажется была его мама, которую всю его жизнь искали, а Иша на нее лаял. Конечно, Ниям и сам виноват, не сказал "свои", но он был так потрясен тем, что нашел, что совершенно не мог ничего с собой поделать. Ну, прости ты его глупого и тупого, пожалуйста, он совсем не хотел тебя обижать. Мир? Вот смотри какие разные кусочки мяса есть. Не сердись и не ругайся на него, пожалуйста.

- ... - Ниям не стал мешать отцу и вообще как-то вмешиваться во все это и что-то предпринимать. В конце концов, Дургеш знаком был с ней больше, а Ниям... пусть и помнил ее, но... очень плохо. Какие-то урывки и больше на интуиции. Сам же молодой человек разжег аккуратно лампу у входной двери, чтобы комната освещалась, а после прикрыв тихо дверь, отправился на первый этаж, к бабушке и дедушке.
- Думаю, он будет рад, что ты ее нашел. - заметила Хадиль, приподняв бровь. - Правда вот... как ты говоришь ее зовут теперь? - поинтересовалась Хадиль у Нияма.
- Азрана. Она якобы женщина из пустыни. Другую информацию я не стал узнавать, да и не мог. Я едва стоял на ногах, а путь до дома вообще не помню. - честно признался юноша.
- Неудивительно. Ох... мне до сих пор не верится, что это она. Но это точно она. - сообщил Раис, отпивая чай из чашки. - Но выглядит она очень плохо, а все ее тело.. оно можно сказать истерзано. Очень похудела и бледна. - он покачал головой.
- Не страшно... мы с этим справимся. Мы поможем ей. - сообщила Хадиль после нескольких секунд раздумий. - Азрана... а неплохое имя. - задумалась Хадиль. Ей оно приглянулось, пусть и родное "Мэхвэш" безусловно было лучше. Ниям лишь вздохнул, потерев лицо рукой. Черти что.

Мэхвэш не уловила того, что в комнату кто-то зашел и тем более наклонился к ней. Она спала очень крепко. Шутка ли... сын с отцом ее вымыли, пока она была без сознания, да переодели. И она от этого не пришла в себя. В нос ударил какой-то запах, а Мэхвэш поморщилась, а когда до мозга дошло, что ее кто-то настойчиво касается, она резко вскочила в постели, широко распахнув глаза и забиваясь скорее на автомате в самый дальний угол, вжимаясь в тот спиной и прикрываясь одеялом. Она не смотрела на Дургеша, поэтому пока не понимала, кто перед ней. Просто смотрела куда-то сквозь силуэт в одеждах.
- Прошу прощения, господин... дорога видимо утомила меня и я уснула. Я сейчас же приступлю к своим обязанностям. Что нужно делать? - ее голос звучал тихо, он был очень уставшим. Прежняя жизнь и звонкость ушли из него, окрашивая его в какой-то серый цвет. Она часто дышала, но старалась успокоить дыхание. А также прикрыла глаза, смиренно ожидая приказаний.
[NIC]Азрана[/NIC][STA]угасший свет[/STA][AVA]https://i.pinimg.com/564x/af/a8/7f/afa87f2d350297c20d1e563e4876c578.jpg[/AVA]
[SGN]...В глазах одна лишь безнадёжность,
Боль, горечь, ненависть, тоска.
И лишь одна для них возможность:
Быть проданными с молотка. (с)
[/SGN]

- ... - Ниям рванул со своего места, там, снизу, но его во время поймала Хадиль за руку.
- Не мешай. Раз сам устроил им встречу так рано, то смотри, что из этого выйдет. Дургеш не обидит ее, если конечно признает... - выдохнула Хадиль. Хадиль то пока еще не столкнулась со своей жемчужиной. Честно говоря, она не решилась бы туда войти и посмотреть на нее, боясь, что это окажется не она. Но она верила Раису. Раис ни с кем бы не перепутал свою дочь... но сомнения в сердце были так велики, что женщина никак не могла решиться на этот шаг.
Ниям удивленно распахнул глаза, пытаясь что-то возразить, но после покорно сел, ожидая в напряжении, что будет дальше.

" - Не демонстрируй свой страх... никогда не демонстрируй свой страх никому... " - повторяла про себя Мэхвэш, тщетно стараясь не жмуриться, когда ее схватили и уже тем более выдернули из постели. Ну, что?! Что тебе надо?! Оставьте ее уже в покое! Дайте либо спокойно умереть, либо не трогайте! Она не может так больше. Все. Не может! У нее уже галлюцинации наяву и она с трудом может в пространстве ориентироваться! Отстаньте!
Мэхвэш категорически не хотела смотреть на Дургеша, стараясь отвернуться от него и вообще всячески избегать. Не хочет она на вас всех смотреть! Сыта он вами по горло! Не хочет вас видеть! Запоминать ваши глаза, ваши... вас самих! ОСТАВЬТЕ ЕЕ В ПОКОЕ!!!
- Отстань!!! - не выдержав, рыкнула Мэхвэш в ответ, с силой толкая антропоморфа в грудь, желая его от себя отпихнуть и тем более, чтобы он перестал ее трогать! ОНА НЕНАВИДЕЛА МУЖЧИН! ВСЕМ СВОИМ НУТРОМ НЕНАВИДЕЛА В НИХ ВСЕ!!! ГРЯЗНЫЕ УРОДЛИВЫЕ ТВАРИ!!!
- Враг и монстр!!! КАК И ВСЕ ДРУГИЕ ХОЗЯЕВА! ОЧЕРЕДНОЕ ЧУДОВИЩЕ! - все, с нее хватит! Она сейчас либо убьет его, либо погибнет сама! Но больше она не будет ничьей игрушкой! Хватит! Она устала! Она была рождена свободной и свободной погибнет!!! Это был крик отчаяния, крик боли, он шел из самого сердца, из замученной и уставшей души. В нем не было страха, в нем было желание, чтобы оставили в покое или прервали уже все ее мучения. Она чертовски устала за все это время. Да она даже не знала сколько ей лет и какой сейчас год! И все из-за вот этих вот! Богатеньких, что людей за людей не считают! Все, хватит с нее!!!
Она прищурила свои глаза, а после с яростью их подняла на того, кто стоял перед ней, собираясь уже нападать, но...
- ...? - она заметно замешкалась и растерялась, пытаясь кажется понять, кто перед ней находится и не очередная ли это галлюцинация. Будь у Дургеша две руки... его можно было бы спутать с кем угодно. Но на своем жизненном пути Мэхвэш знала только одного черного гончака без одной руки... Но этот голос. Он совсем не принадлежал Дургешу. И уж тем более не манера общаться и говорить! Дургеш никогда бы не позволил себе повышать голос, а уж тем более на нее.
- ... - Она словно сомневалась в том, кто перед ней стоит. Зато она смотрела хотя бы прямо на него, правда, не очень добро, но ничего удивительного. Нечего на нее орать!
[NIC]Азрана[/NIC][STA]угасший свет[/STA][AVA]https://i.pinimg.com/564x/af/a8/7f/afa87f2d350297c20d1e563e4876c578.jpg[/AVA]
[SGN]...В глазах одна лишь безнадёжность,
Боль, горечь, ненависть, тоска.
И лишь одна для них возможность:
Быть проданными с молотка. (с)
[/SGN]

- ... - Мэхвэш между тем не собиралась как-то защищаться от удара и даже не испугалась. В ее глазах скользнул немой укор, явно говорящий, что все одинаковы и только и знают, как распускать руки. Ее губы даже какая-то нездоровая улыбка тронула. Ну, давай! Ударь! Избей ее до смерти и она наконец-то освободится! Никаких больше хозяев и хозяек! Долгожданная смерть и покой! Ну!!! Чего опустил-то руку?! Фу! Трус!
Нет, это определенно не Дургеш. Дургеш никогда бы на нее не поднял руку, не посмел бы грубо хватить, а тем более приказывать и повышать на нее голос. Дургеш ее любил, а этот антропоморф просто похож на него. Даже голос не тот. Ей просто показалось, вот и все. Очередной больной калека, что на тело, что на душу.
Когда антро вдруг качнулся, Мэхвэш немного набычилась, отступая назад, а после того как самец развернулся и покинул комнату, хлопнув дверью, черноокая вздрогнула, но скрестив руки на груди, даже не подумала что-то предпринимать, сев на кровать. Вот и иди! Псих конченный! Фу! Поднявшись на ноги, Мэхвэш пробежалась взглядом по комнате, пытаясь понять, что здесь есть и на каких местах лежит. Так странно... комната походила на ее. Точь-в-точь была такой же, когда она была в ней последний раз перед отъездом обратно в дом Самира вместе с Ниямом и своего побега из родного края. Еще и на имя к ней этот черт черный обращается. Что за глупости?! Откуда он его может знать? Ее зовут теперь Анзара, а не Мэхвэш, но он почему-то обратился к ней именно на него.
Нет, это не Дургеш. Это кто-то совершенно чужой, а может быть у нее очередные галлюцинации, вот и все. И это какой-то господин, что выкупил ее, а она просто почему-то представила Дургеша. Голос совсем не его и повадки, а собственное имя в очередной раз дорисовало больное сознание. С ней это уже бывало... Поежившись от холода и приобняв себя за плечи, Мэх подошла к окну, выглядывая украдкой через резные ставни на двор. Двор тоже казался знакомым... а вот лошадь и обстановка за ними не совсем. Что-то узнавалось, а что-то было совсем чужим... Мэхвэш нахмурилась. Может выйти из комнаты да осмотреться дома? Вдруг это даст больше ответов. Этот же ненормальный ушел, не так ли?
Развернувшись к двери, Мэхвэш прикусила нижнюю губу, а после бесшумно подошла к двери, аккуратно и медленно приоткрывая ее. Может за дверью никого уже нет и она сможет осмотреться, да понять, где она вообще и что происходит? Больше всего она не любила неопределенность.
[NIC]Азрана[/NIC][STA]угасший свет[/STA][AVA]https://i.pinimg.com/564x/af/a8/7f/afa87f2d350297c20d1e563e4876c578.jpg[/AVA]
[SGN]...В глазах одна лишь безнадёжность,
Боль, горечь, ненависть, тоска.
И лишь одна для них возможность:
Быть проданными с молотка. (с)
[/SGN]